ОГАС сегодня актуальна, как никогда!?

Проект В. М. Глушкова ОГАС

ОГАС

…ОГАС не командует экономикой, а лишь командует потоками информации о состоянии экономики.

В.М. Глушков

Предпосылки

Рост экономики неизбежно ведёт к усложнению управления. Выдающийся советский ученый П. Капица сравнивал советскую экономику с ихтиозавром – животным, обладавшим огромным туловищем длинной шеей и очень маленькой головой. В силу экстенсивного развития советского производства число предприятий постоянно росло. При этом, структура управления оставалась практически неизменной в противовес количественному содержанию, которое росло.

Очевидно, что идея плановой экономики, имея большое число «плюсов», имела и немало «минусов». Одним из негативных следствий идеи построения плановой экономики было то, что любое изменение годового плана вело к лавинообразной волне пересогласовываний и корректировок планов смежников. Требование срочно увеличить производство, скажем, самолётов, ставило на повестку дня вопрос о внесении изменений в планы по производству алюминия, стали, фанеры, и т. д., и т. п. Более того, увеличение авиапроизводства означало повышенную нагрузку на энергетику — менялись планы генерации электротока; требовалось перевести больше груза — вносились корректировки в движение железнодорожного подвижного состава и добычу угля для паровозов. Это, в свою очередь, генерировало волну изменений в планах угольной промышленности, которая предъявляла новые требования на крепёж (наркомлеспром) и оборудование (наркомтяжпром). Эти волны корректировок планов могли прокатываться по системе экономического планирования несколько раз. Если же учесть, что такая «волна» могла быть (и, как правило, – была) не одна, то их взаимовлияние могло превратить процесс взаимоувязок наркоматских планов в подлинно «бесконечную историю». На этом основании ряд отечественных исследователей вообще ставят под сомнение плановый характер советской экономики[4]. Очевидно, что внедрение автоматизированных систем управления народным хозяйством на основе ЭВМ давал надежду существенно упорядочить эту сферу планирования.

В условиях согласования спроса и предложения возникала необходимость обратной связи между производителем и потребителем. В свою очередь это порождала лавину согласований спроса и предложения в министерствах, целых отраслях, между крупными и малыми предприятиями (которые могли находится в разных уголках СССР).

Уже к началу 60-х годов стало очевидно, что планировать советскую экономику и эффективно контролировать исполнение планов из единого центра становится все труднее и труднее по причине катастрофического увеличения количества экономической информации, которую необходимо при этом обрабатывать. В 1962 году Глушков подсчитал, что при сохранении неизменным уровня технической оснащенности сферы планирования, управления и учета (а он был и для того времени совершенно недостаточным) уже в 1980 году потребовалось бы занять в этой сфере все взрослое население Советского Союза[5].

Академик Глушков, талантливый математик из АН УССР занимался проблемами автоматизации производства, сбором и обработки статистической информации писал: «У нас в стране все организации были плохо подготовлены к восприятию обработки экономической информации. Вина лежала как на экономистах, которые практически ничего не считали, так и на создателях ЭВМ. В результате создалось такое положение, что у нас органы статистики и частично плановые были снабжены счетно-аналитическими машинами образца 1939 года, к тому времени полностью замененные в Америке на ЭВМ [6]

Необходимость создания ОГАС Глушковым понималась очень ясно. Впоследствии уже на заседании Политбюро в 1966 году, посвященном целесообразности внедрения проекта Глушкова (к тому моменту прошедшему две доработки) возникал скепсис со стороны экономических управленцев. Так это вспоминает сам Виктор Михайлович:

«Под конец выступает Суслов и говорит: «Товарищи, может быть, мы совершаем сейчас ошибку, не принимая проект в полной мере, но это настолько революционное преображение, что нам трудно сейчас его осуществить. Давайте пока попробуем вот так, а потом будет видно, как быть» И спрашивает не Кириллина, а меня: «Как вы думаете?». А я говорю: «Михаил Андреевич, я могу вам только одно сказать: если мы сейчас этого не сделаем, то во второй половине 70-х годов советская экономика столкнется с такими трудностями, что все равно к этому вопросу придется вернуться». Но с моим мнением не посчитались, приняли контрпредложение.»[7]

Виктор Михайлович Глушков выдвигает идею, согласно которой человечество пережило в своей истории два, как он выражается, пользуясь языком кибернетики, информационных барьера, порога, или кризиса управления. Первый возник в условиях разложения общинно-родового хозяйства и разрешился с возникновением, с одной стороны, товарно-денежных отношений, а с другой — иерархической системы управления, когда старший начальник управляет младшими, а те уже — исполнителями.

Начиная с 30-х годов двадцатого столетия, считает Глушков, становится очевидным, что наступает, второй “информационный барьер”, когда уже не помогают ни иерархия в управлении, ни товарно-денежные отношения. Причиной такого кризиса оказывается невозможность даже множеством людей охватить все проблемы управления хозяйством. Виктор Михайлович говорит, что, по его расчетам, в 30-х годах для решения проблем управления нашим тогдашним хозяйством требовалось производить порядка 1014 математических операций в год, а на то время, когда шел разговор, то есть в средине 70-х, — уже примерно 1016. Если принять, что один человек без помощи техники способен произвести в среднем 106 операций, то есть 1 миллион операций в год, то получится, что необходимо около 10 миллиардов человек, для того, чтобы экономика оставалась хорошо управляемой. Дальше хотелось бы привести слова самого Виктора Михайловича:

“Отныне только “безмашинных” усилий для управления мало. Первый информационный барьер, или порог, человечество смогло преодолеть потому, что изобрело товарно-денежные отношения и ступенчатую структуру управления. Электронно-вычислительная техника — вот современное изобретение, которое позволит перешагнуть через второй порог.

Происходит исторический поворот по знаменитой спирали развития. Когда появится государственная автоматизированная система управления, мы будем легко охватывать единым взглядом всю экономику. На новом историческом этапе, с новой техникой, на новом возросшем уровне мы как бы “проплываем” над той точкой диалектической спирали, ниже которой, отделенный от нас тысячелетиями, остался лежать период, когда свое натуральное хозяйство человек без труда обозревал невооруженным глазом.

Люди начали с первобытного коммунизма. Большой виток спирали поднимает их к коммунизму научному”[8]

ЕГСВЦ и ОГАС

В 1955 году на Пленуме ЦК КПСС, наконец, была осуждена ранее всерьёз обсуждавшаяся теория о невозможности морального износа техники при социализме. В решениях съезда было зафиксирована необходимость: «всемерного повышения технического уровня производства на базе электрификации, комплексной механизации и автоматизации»[9].

В 1963 году задача построения общегосударственной системы автоматизированного управления была поставлена перед В. М. Глушковым самим Косыгиным. За плечами Глушкова тогда уже были проекты по внедрению АСУП[10] на предприятиях. Существует ошибочное представление о том, что Глушков был своеобразным экономическим романтиком от математики, который плохо знал реалии советского производственного комплекса. На самом же деле, за 1963 год он побывал на 100 объектах народного хозяйства: заводах, шахтах и совхозах. Провел неделю в ЦСУ[11] СССР и проследил цепочку его работы от головного центра в Москве до районных станций. За десять лет работы над проектом Глушков посетил около тысячи предприятий[12]

Предэскизный проект ЕГСВЦ — Единой государственной сети вычислительных центров — разрабатывался в рекордные сроки (1,5 месяца!). Глушков целостное решение «прокрутил» в своем мозгу. Общие контуры сети и сопряжения фрагментов он обсудил с теми, кто способен эти установки понять и реализовать. К тому времени в Институте кибернетики, возможно, главном детище академика, уже были такие специалисты, имеющие опыт разработки АСУ, создания систем связи компьютеров, приступивших к созданию многомашинных комплексов, сетей ЭВМ, умеющих решать оптимизационные задачи в предопределении производственной деятельности. Когда в 1980 г. Виктор Михайлович очертил схемы системной оптимизации, было решено подвести итог предшествующим разработкам по методам оптимизации и коллектив специалистов института под руководством Михалевича В. С., известных в стране тем, что они «умеют решать задачи» получил Государственную премию СССР по науке.

ЕГСВЦ вырисовывалась как сеть примерно 50 мощных опорных центров (ОЦ), региональных накопителей информации, региональных коммутаторов (с учетом этих целей разрабатывалась в институте машина Днепр-2) информационных потоков, связанные друг с другом в сеть широкополосными каналами связи (считалось, что это могут быть и телевизионные каналы). Главный вычислительный центр сети представлял первый уровень ЕГСВЦ, ОЦ составляли второй уровень ЕГСВЦ. ГВЦ и ОЦ являлись основными узлами сети. С опорными центрами связывались каналами местной связи низовые центры (НЦ) и вычислительные центры обслуживания (ОВЦ) — вместе они составляли третий уровень сети (оценки показывали, что стране понадобится порядка 300 — 400 ОВЦ и около 7000 НЦ). Каждый опорный центр должен стать региональным узлом коммутации, низовые центры как правило являлись вычислительными центрами АСУП. ОВЦ (потом они получили название вычислительных центров коллективного пользования ВЦКП) могли находиться в составе, как правило, кустовых НЦ, с которыми связывались информационные (информационно-диспетчерские) бюро предприятий. ОВЦ могли обеспечивать компьютерную поддержку предприятиям, не имеющим своих ВЦ или оборудованным малопроизводительной техникой, или решающим эпизодически сверхсложные задачи проектирования и планирования.

Задача ЕГСВЦ — обеспечение выполнения информационных процессов в системе планирования и учета в стране, в том числе совместно решаемых задач, для чего должен быть также создан ответственный за безотказную работу сети Государственный комитет управления (ГосКомУпр), а в составе ЕГСВЦ, в его ОЦ — информационно-диспетчерские пункты, управляющие работой этой «отрасли по переработке информации»[13].

Академик Глушков подчеркивал, что, несмотря на предстоящие многомиллиардные затраты и в общем-то дороговизну реализации предложенного проекта, единообразие решений в сети сэкономит значительные средства на ее создание и эксплуатацию, чем если пустить создание сети на самотек — ждать увязки отдельных территориальных и отраслевых решений.

Что касается стоимости проекта, то по грандиозности воплощения в жизнь ЕГСВЦ была сопоставима разве что реализацией ленинского ГОЭЛРО или космической программы СССР. Внедрение ОГАС планировалось осуществить в течение трех пятилеток. Стоимость оценивалась в 20 млрд. рублей. Однако по подсчетам Глушкова ОГАС был способен принести в те же годы 100 млрд. руб. советскому союзу[14].

И все-таки самое трудное, что предстояло при обсуждении проекта ЕГСВЦ на «самом верху», было то, в чем собственно заключается эффективность системы, насколько действительно нужен этот инструмент, для которого сеть задумывалась — функция управление экономикой страны, компьютеризованного управления в условиях действующей ЕГСВЦ. С учетом именно специфики з а щ и т ы проекта (на предэскизном уровне) здесь все трактовалось достаточно просто — чтобы сделать понятным предлагаемое и убедить в целесообразности реализации проекта.

Предполагалось, что ко времени внедрения ЕГСВЦ на многих предприятиях будут функционировать АСУП или их «пусковые комплексы», сопрягаемые с задуманной системой планирования. Система планирования интерпретировалась как та система учета и планирования, которая осуществлялась через ЦСУ: принятая агрегация учетных данных и производственных планов, материальных потребностей, принятой статистики и выявление в них дисбалансов. Эта система представлялась как сходная с итеративной схема Зейделя в модели Леонтьева («затраты-выпуск») — только медлительность счетно-перфорационной техники да допотопность передачи данных замедляет выполнение итераций, так что в действующей системе «балансового планирования» приходится ограничиваться 2-3 итерациями при составлении планов. Для многих предприятий и отраслей экономики и этого достаточно — их планы по существу из года в год мало меняются (продукция широкого потребления, стабильные контракты на поставки). А если увеличить итерации до 8, что и позволяет делать ЕГСВЦ, этого может оказаться (особенно при прикидке планов, предшествующей прикреплению поставщиков к потребителям) достаточным и для остальных звеньев народного хозяйства. Очевидно также, что целевые программы формируются квалифицированными коллективами и там потребности итеративной корректировки также незначительны, тем более реализуются компьютеризованно. Технологии внутрипроизводственного планирования и управления уже были известны разработчикам не только применительно к оборонной промышленности, но даже в сельскохозяйственном производстве. Эти знания и выполненные ранее разработки способствовали проведению довольно правдоподобных оценок (не опровергнутых ни на защите проекта, ни потом) как объемов хранимой информации, так и потоков данных в ЕГСВЦ, примерного перечня решаемых задач и выполняемых функций, технических параметров системы[15].

«Второй подход к снаряду» состоялся в 1970-е гг. К этому времени в мире уже существовало несколько электронных сетей, и Глушков мог оперировать накопленным в ходе их эксплуатации опытом. Теперь предполагалось в основу ГСВЦ положить опорную сеть особо мощных вычислительных центров коллективного пользования (ВЦКП). Вся территория СССР должна была (по плану) быть разделена на регионы, в каждом из которых создавался ВЦКП, к которому через местные линии связи подключались ВЦ и терминалы на предприятиях и органах управления экономикой. Таким образом осуществлялась оперативная связь пользователей из любого региона и любого ведомства друг с другом. Для руководства этой сетью предлагалось создать министерство или государственный комитет информатики. В завершённом виде ГСВЦ должна была бы состоять из приблизительно 200 ВЦКП, нескольких десятков тысяч ведомственных ВЦ и нескольких миллионов терминалов. Для нескольких особо важных абонентов (класса Госплана СССР) предполагалось создать подсеть на широкополосных каналах. На опорные ВЦКП возлагались функции:

1. хранения региональных баз данных;

2. решения социально-экономических задач регионального и межрегионального характера;

3. решения задач для абонентов, не располагающих собственными ВЦ;

4. обеспечение резервной мощности при решении особо крупных задач, что позволяло рассчитывать мощность ГСВЦ не на пиковые, а на средние нагрузки, за счёт чего стоимость проекта несколько снижалась.

Препятствия

С самого начала проект Глушкова встречал сопротивление. Еще первым рецензентом проекта М. В. Келдышем было предложено исключить из него безналичный расчет, который мог бы вызвать «ненужные эмоции».

Первым критиком проекта стал В. Н. Ставровский – начальник ЦСУ СССР – того органа, которому, собственно проект адресовался. Комиссия попыталась исключить из проекта почти всю его экономическую часть, оставив только идею сети.

По итогам первого раунда обсуждений была зафиксирована негативная позиция ЦСУ и на заседании Президиума совета министров СССР проект был возвращен ЦСУ и Министерству радиопромышленности.

После «доработки» в ЦСУ проект ОГАС по словам самого Глушкова превратился в «сборную солянку».

В это же время экономическая группировка уговаривала Косыгина отказаться от проекта Глушкова в пользу экономической реформой, мотивируя это тем, что бумага для распоряжений обойдется дешевле, чем 20 миллиардный ОГАС.

Косыгин, как и ранние его предшественники, пошел по проторенному пути административных методов экономических реформ, хотя проект окончательно не был упущен из виду. Возможно, председатель совета министров хотел использовать глушковский проект как дополнительный позитивный источник для уже начатой в 1965 году экономической реформы.

Интерес со стороны властей к проекту заново проявился в конце 60-х, когда стало известно, что американцы уже создали собственные сети, подобные предложенным Глушковым: АРПАНЕТ и СЕЙБАРПАНЕТ.

На этот раз препятствием стали недостатки политического аппарата советской власти. Глушков вспоминает: «Дело в том, что у Королева или Курчатова был шеф со стороны Политбюро, и они могли прийти к нему и сразу решить любой вопрос. Наша беда была в том, что по нашей работе такое лицо отсутствовало. А вопросы были здесь более сложные, потому что затрагивали политику, и любая ошибка могла иметь трагические последствия. Поэтому тем более была важна связь с кем-то из членов Политбюро, потому что это задача не только научно-техническая, но прежде всего политическая.» [16]

На решающем заседании политбюро, которое вновь заинтересовалось доработанным проектом воспротивился министр финансов Гарбузов. К тому же на заседании не оказалось ни Брежнева (который был в Баку), ни Косыгина (уехавшего на похороны Насера). Он попытался осмеять проект, предложил построить лишь низовую сеть, а позже Косыгину рассказывал, что Госкомупр (аппарат, который возглавлял бы ОГАС) позволит ЦК контролировать деятельность министерств и самого Косыгина.

Наконец, необходимо отметить внешний фактор: в западной прессе вышли статьи рассчитанные на очернение глушковского проекта в глазах советского руководства и интеллигенции. В Вашингтон Пост вышла статья «Перфокарта управляет Кремлем», в которойсоветской номенклатуре угрожали заменой компьютерами Глушкова. В британской Гардиан была опубликована статья, в которой предполагалось, что машины Глушкова станут инструментами в руках КГБ для контроля над советскими гражданами.

«В начале 1972 года в «Известиях» была опубликована статья «Уроки электронного бума», написанная Мильнером, заместителем Г. А. Арбатова — директора Института Соединенных Штатов Америки. В ней он пытался доказать, что в США спрос на вычислительные машины упал. В ряде докладных записок в ЦК КПСС от экономистов, побывавших в командировках в США, использование вычислительной техники для управления экономикой приравнивалось к моде на абстрактную живопись. Мол, капиталисты покупают машины только потому, что это модно, дабы не показаться несовременными. Это все дезориентировало руководство.

Отчеты, которые направлялись в ЦК КПСС, явились, по-моему, умело организованной американским ЦРУ кампанией дезинформации против попыток улучшения нашей экономики. Они правильно рассчитали, что такая диверсия — наиболее простой способ выиграть экономическое соревнование, дешевый и верный. Мне удалось кое-что сделать, чтобы противодействовать этому. Я попросил нашего советника по науке в Вашингтоне составить доклад о том, как «упала» популярность машин в США на самом деле, который бывший посол Добрынин прислал в ЦК КПСС. Такие доклады, особенно посла ведущей державы, рассылались всем членам Политбюро и те их читали. Расчет оказался верным, и это немного смягчило удар. Так что полностью ликвидировать тематику по АСУ не удалось.»[17]

Несмотря на то, что тогда, в 1965 году, восторжествовало экономическое невежество, которое спустя два десятка лет и привело страну к катастрофе, Виктор Михайлович Глушков ни на минуту не прекращал борьбу за свою идею. До последнего дыхания он оставался страстным пропагандистом ОГАС и делал все, чтобы внедрить ее в жизнь. Уже будучи смертельно больным, зная, что развязка наступит в течение нескольких дней, он надиктовал на магнитофон свои соображения, в которых как бы подвел итог своей жизни, деятельности коллективов, которые он возглавлял, высказал свои оценки тех или иных решений партии и правительства в области развития вычислительной техники и управления хозяйством. Эти заметки опубликованы под названием «Заветные мысли для тех, кто остается» в выходящей к 80-летию со дня рождения ученого книге «Академик Глушков – пионер кибернетики».

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: